![](https://44030.kz/wp-content/uploads/2024/07/scale_1200-3.jpg)
Мираж или тайная стройка в Бурабайском районе?
Около месяца назад администрация ГНПП «Бурабай» установила забор между лесом и рядом сёл в Бурабайском районе Акмолинской области. Жители одного из аулов – Кымызынай – такую меру посчитали ущемлением своих прав. К слову, обошлась она бюджету в полмиллиарда тенге, что ещё больше возмутило население. Желая снизить градус социального напряжения, нацпарк отодвинул забор, однако в воздухе повис другой «нехороший» вопрос – что за стройка ведётся на территории рекреационной зоны? В ситуации разбирался корреспондент Turar Media.
Смотреть видео можно здесь
Заявили миру о себе кумысом
Аул Кымызынай входит в состав Зеленоборского сельского округа и от райцентра – города Щучинск – по прямой дороге находится примерно в 24 км. Здесь есть всего одна улица – имени Абая, в селе 57 дворов – около 280 жителей. Работает начальная школа, где учатся порядка 15 детей. Есть мечеть и небольшая столовая, где местные жители проводят поминальный ас и торжества.
Местные с ноткой грусти указывают на котельную: когда-то все дома здесь были подключены к центральному отоплению и горячему водоснабжению. Но и сегодня делаются маленькие, но важные успехи. Так, недавно провели уличное освещение за счёт бюджета, разрабатывается проектно-сметная документация на строительство водопровода. Это значит, что в недалёком будущем в ауле появится центральное водоснабжение. А пока люди набирают воду со скважин.
Своё название аул получил, благодаря производству вкуснейшего кумыса: когда-то здесь работал мощный комплекс – с четырьмя базами, складом и сеновалом. Целебный напиток отправлялся в резиденцию президента, которая располагалась на территории национального парка, и в целом пользовался огромным спросом среди казахстанцев. Сельчане с гордостью напоминают, что здесь проводились съёмки популярных программ «Орёл и решка» и «Поедем, поедим!».
Сегодня же кумыс здесь производят лишь несколько местных частных подворий. Ну, а живёт население сегодня преимущественно за счёт животноводства. Работы в селе нет, поэтому многие уезжают в район и город на заработки, кто-то трудится в нацпарке.
Компромисс с населением
Новость о том, что их огородили от леса высоким стальным забором, вызвала среди сельчан сначала недоумение, а потом возмущение. Адильхан Абишев родился и вырос в Кымызынай, он утверждает: лес для местных – как родной дом.
«С мальчишками играли и гуляли в лесу, ходили в походы. Мы там разве что ягоды собираем – и то, большей частью, не заходя в чащу, на открытой местности. Ещё растут грибы, но казахи не знатоки грибов. Но никто и никогда не ломал деревья, не устраивал пожары, не вредил дикой живности. Наоборот, когда приезжают отдыхающие, мы время от времени наведываемся, следим, чтобы чего не натворили. Мы привыкли к этому лесу относится как к своему дому», – говорит мужчина.
Зато ограждение преградило диким животным путь к водопою.
«Многие из нас видели, как недавно косули упёрлись в забор и не смогли пройти к водопою. Поспрашивайте людей, они подтвердят», – включается в разговор другой житель Берик Уалидинов.
Между тем, после нескольких встреч с населением руководства ГНПП «Бурабай», акима Бурабайского района компромисс был найден: подвинуть забор на участке села Кымызынай.
Сразу скажем, получить комментарий у директора нацпарка Сергей Быкова оказалось делом непростым. При слове «журналист» Сергей Васильевич положил трубку и больше её не поднимал. Дозвониться удалось только с другого номера.
«Убирать забор мы не будем, просто сдвигаем дальше, чуть ближе к лесу. Сетка перенесена чуть-чуть на удаление от посёлка – метров на 800-900. Такое решение принято, чтобы не будировать, Вы же слышали. Мол, нас закрыли, чувствуем себя, будто в клетке. Мы встретились, переговорили и пришли к этому выводу. Доступ для населения открыт, он и ранее был открыт, это делается для предотвращения нарушения природоохранного законодательства», – напомнил Быков.
Сельчане радуются и уже вовсю собирают ягоды.
«Ничего не видели, ничего не знаем»
Активная стройка в лесной чаще, как утверждают сельчане, началась с зимы. В подтверждение люди сделали скриншот с карты спутника.
«Территория застраивается – появляются свежие коттеджи, на дорогах можно увидеть, как тяжёлая техника возит стройматериал. Ходят слухи, что иностранцам продали или передали в аренду этот участок, а может, и местные владельцы. Не так важно, кто купил, как сам факт, что продали. И где – на особо охраняемой территории, куда доступ простому народу закрыт. Что бы там в нацпарке ни говорили – там постоянно курсирует вооружённая охрана и разгоняет людей со словами, мол, гражданским находиться не положено», – качают головами бурабайцы.
Однако в администрации национального природного парка это категорически отрицают. Заместитель директора ГНПП «Бурабай» Бауыржан Махметов в телефонном интервью агентству, который ранее на этот вопрос напомнил старую поговорку, мол, говорят, в Москве кур доят, на этот раз заявил, что о строительстве не знает и комментировать ему запретили.
«Я об этом не могу разговаривать, у меня никаких данных, ничего нет. Там ничего не строится», – отрезал, в свою очередь, Сергей Быков и на другие уточняющие вопросы бросил трубку. На последующие звонки он так и не ответил.
Аким Зеленоборского сельского округа Мади Баженов, которого удалось встретить в ауле Кымызынай, также «ничего не видел».
«Я даже об этом не знаю, не могу ничего сказать. Своими глазами не видел, не могу сказать, честно. Были высказывания людей, читал в соцсетях комментарии жителей, но утверждать, пока сам не увижу, не могу. Я не обязан туда заходить, это же территория национального парка, туда доступ не каждому», – развёл руками сельский глава.
Аким Бурабайского района Арай Садыков в разговоре с корреспондентом отметил: о стройке на особо охраняемой территории слышит впервые.
«Население о стройке мне не говорили – только про забор. Если там идёт незаконная стройка и, если жители мне поставят задачу, что нужно туда проехать, я проеду», – заверил Арай Серикбаевич. Впрочем, на том дело и встало.
Между тем, ранее, на видеозаписи встречи с аульчанами те рассказывают акиму, что видели несколько свежевыстроенных слева от охотничьего отдыха коттеджей.
«Я не видел», – спешит подчеркнуть глава района. В ответ люди наивно обещают сделать для него видео.
Одним словом, все стороны заняли глухую оборону. Не в курсе и управление туризма Акмолинской области – по словам его руководителя. При этом Андрей Подгурский отметил: передача в аренду и тем более продажа земель под какой-либо вид бизнеса земли на особо охраняемой территории законодательством Казахстана категорически запрещена.
«Если говорить про зону рекреации, она у нас находится на территории в сторону посёлка Бурабай. Активно развивает свой туристский потенциал сторона Котырколя, курорта Акбура, озера Жукей. Сейчас в этом направлении мы будем отрабатывать развитие традиционного, агро-, этнотуризма. Та сторона, о которой Вы спрашиваете, это особо охраняемая зона, которая предназначена для сохранения растительного и животного мира. Это значит, что какое-либо строительство в той стороне запрещено», – пояснил глава ведомства.
«Они подвинут забор, а я успокаиваюсь»
Напомним, первым внимание к проблеме ограждения привлёк уроженец села Кымызынай Болат Бачжанов. Но эта история выходит за рамки проволоки между населением и лесом. Об этом заявлял и сам общественник, он направил в разные ведомства письма с главным вопросом: какова же истинная причина установки забора? Версию населения он наглядно показал на гугл-картах.
«Мы заходим в Google Earth, набираем название нашего села… И находим дворец, гостевые домики. С зимы, насколько я знаю, ведётся активная стройка», – отметил общественник.
Однако после того, как нацпарк забор подвинул, его интерес к стройке в лесной чаще неожиданно угас.
В интервью корреспонденту Бачжанов пояснил: ему поставили ультиматум.
«Мне сказали, что, если я настроен стоять на своём, мы можем дойти до суда, пусть он поставит точку. Это меня, наверно, и остановило. Потому что сложно судиться с государственным органом, который имеет административный рычаг (напомним, ГНПП «Бурабай» находится при Управлении Делами Президента – прим. авт.), и тем более, когда выделены государственные деньги», – сказал активист.
Напомним, 50 км металлического ограждения обошлись бюджету в 462,5 млн тенге.
«Мне предложили, что они отодвинут забор на расстояние, которое нас, то есть в первую очередь, жителей, устроит. А я, так сказать, успокаиваюсь и отодвигаю свои обращения, которые я подавал в государственные органы касательно строительства забора и прочего», – отметил Болат Бащжанов.
Общественник держит слово и на вопрос корреспондента, видел ли он сам стройку в лесу, ответил, что не компетентен…
«Не буду Вам комментировать, я обещал», – сказал собеседник.
Легко ли развеять сомнения?
На самом деле ГНПП «Бурабай» может легко расставить все точки над «I» – достаточно устроить особо назойливым журналистам променад по попавшему в эпицентр скандала участку леса. Но, по-видимому, не так уж ему это и легко.
Нацпарк продолжает стоять на версии о защите флоры и фауны от народа: поговорят да перестанут. Тем более, что в этом направлении ведомство весьма последовательно и на страже природы стоит твёрдо. Так, например, ранее сообщалось, что он потратил 172 млн тенге для разработки плана мероприятий по восстановлению экосистемы Борового. Простыми словами, группа приглашённых учёных до конца года проведёт научные исследования с целью понять, насколько губительно влияет турист на природу курорта. И если выяснится, что ей наносится колоссальный урон, далее будут выделяться деньги на сами восстановительные мероприятия. А это будет намного дороже. Так, руководитель управления туризма Акмолинской области Андрей Подгурский, комментируя госзакупку, в качестве примера привёл миллиардную стоимость очистки только одного озера. По его мнению, расходы в 172 миллиона в данном случае вполне оправданны, если учитывать, что на сегодня нагрузка на нацпарк превышает рекреационную втрое.
Но если допустить, что строительство на особо охраняемой территории всё-таки ведётся, то тратить бюджетные миллиарды на восстановление природных богатств – как минимум кощунственно. Ждём ответа национального парка на предложение всё-таки устроить променад…